Autore: admin

Правовые проблемы прекращения действия регистрации товарного знака в Кыргызской Республике в связи с его неиспользованием

Бывают случаи, когда добросовестная компания вложила немало средств для разработки и продвижения своего бренда, а затем подает заявку на его регистрацию в качестве товарного знака в Кыргызской Республике («КР»). Но Государственное агентство интеллектуальной собственности и инноваций при Кабинете Министров КР («Кыргызпатент») отказывает в регистрации этого бренда, поскольку в КР уже зарегистрирован или заявлен на регистрацию тождественный или схожий товарный знак другой компании (далее по тексту — «старший товарный знак»). Это неудивительно, поскольку с каждым годом в КР увеличивается количество товарных знаков как местных, так и иностранных компаний и индивидуальных предпринимателей. Так, к началу 2022 года в стране охраняется свыше 11 000 товарных знаков, зарегистрированных по национальной процедуре (подаваемых напрямую в Кыргызпатент), и около 47 000 товарных знаков, охраняемых по международной процедуре (подаваемых через Всемирную организацию интеллектуальной собственности («ВОИC»)). Поскольку в КР право на товарный знак получает тот, за кем приоритет (например, кто первым подал заявку на регистрацию), то неизбежны случаи конфликта заявленного на регистрацию обозначения со старшим товарным знаком.

Что же делать добросовестной компании, которой отказали в регистрации ее бренда? Одним из правовых механизмов для решения этой проблемы является прекращение действия регистрации[1] старшего товарного знака, если он не использовался непрерывно в течение любых трех лет подряд после его регистрации.  Однако будет не все так просто, и компании придется столкнуться в КР с правовыми проблемами[2] аннулирования старшего товарного знака, описанными ниже. Так как в данное время рассматривается проект нового закона КР о товарных знаках, я надеюсь, что законодатель обратит внимание на возникающие сложности, и указанные в данной статье предложения по решению этих проблем[3] будут отражены в новом законе. Также поскольку Пленум Верховного суда КР в соответствии с пунктом 3 статьи 98 Конституции КР в настоящее время активно работает над предоставлением разъяснений по вопросам судебной практики, являющихся обязательными для всех судов КР, я надеюсь, что указанные в статье проблемы аннулирования товарного знака вследствие его неиспользования и предложения по их решению будут отражены в одном из постановлений Пленума Верховного суда КР по применению законодательства о товарных знаках.

1. Проблема относительно подведомственности и подсудности дел

Согласно Закону КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»Закон о ТЗ»), дела об аннулировании товарного знака в связи с его неиспользованием подведомственны судам. Иск подает заинтересованная компания – истец, против правообладателя старшего товарного знака – ответчика.  Кыргызпатент не должен принимать участие в таких делах ни в качестве соистца (так как он не имеет полномочий требовать у суда аннулирования товарных знаков), ни в качестве соответчика (так как не оспаривается решение, действие или бездействие Кыргызпатента). Однако на практике Кыргызпатент привлекают в качестве соответчика, поскольку в законодательстве есть пробел.

Так, согласно общему правилу, предусмотренному как Гражданским процессуальным кодексом КР («ГПК КР») от 1999 года, так и ГПК КР от 2017 года, подсудность дела определяется по месту нахождения ответчика. ГПК КР предусматривает некоторые исключения из этого правила: так, иск к юридическому лицу может предъявляться по месту нахождения его имущества[4] или иск о взыскании алиментов может предъявляться по месту жительства истца. При этом ГПК КР не дает аналогичных исключений для дел относительно интеллектуальной собственности. В связи с чем возникает проблема: если ответчик является иностранной компанией, находящейся, например, на территории Италии и не имеющей в КР филиала или представительства[5], то в какой суд обращаться истцу[6]? Если толковать ГПК КР буквально, то иск придется подавать в суд Италии. Однако по теории это абсурдно, поскольку право интеллектуальной собственности по всему миру имеет территориальный характер, т.е. право на товарный знак действует, охраняется и может быть оспорено только на территории того государства, где такое право предоставлено или признается. Суд Италии не имеет полномочий решать использовался или нет на территории КР товарный знак, зарегистрированный в КР, и тем более его аннулировать. Поэтому чтобы как-то обосновать по закону рассмотрение дела в суде КР, истец указывает, что иск подается по месту нахождения одного из ответчиков – Кыргызпатента, и предъявляет в иске требование к Кыргызпатенту об исключении товарного знака из государственного реестра товарных знаков КР.

До апреля 2020 года указанный способ выхода из правовой неопределенности работал на практике, так как истец мог подавать такие иски в межрайонный суд КР, который был компетентен рассматривать как гражданские (экономические), так и административные дела. Но позже межрайонные суды были упразднены, а рассмотрение гражданских и административных дел было четко разделено. Теперь гражданские дела рассматриваются по первой инстанции в районных судах общей юрисдикции в соответствии с ГПК КР, а административные дела — в специально созданных новых административных судах в соответствии с Административно-процессуальным кодексом КР («АПК КР»). Если в иске имеется требование к какому-либо органу исполнительной власти, то дело должно рассматриваться в административном суде. В связи с этим в настоящее время указание в одном иске требования об аннулировании товарного знака в связи с его неиспользованием[7] и требования к Кыргызпатенту, органу исполнительной власти, об исключении этого товарного знака из государственного реестра является несовместимым. Получается, что как по теории, так и по законодательству КР обосновать привлечение Кыргызпатента в качестве соответчика в таких делах затруднительно.

Рекомендация: Поскольку вопрос о подсудности дел относится к процессуальному праву, необходимо дополнить статью 31 ГПК КР положением, предоставляющим право истцам подавать иски относительно прав интеллектуальной собственности по месту нахождения истца или по месту нахождения Кыргызпатента[8].

 

2. Проблема относительно бремени доказывания

В соответствии со статьей 65 ГПК КР, лица, участвующие в деле, должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений. В связи с чем истец обязан вместе с иском предоставить доказательства неиспользования правообладателем его товарного знака, а последний вправе подать возражение на иск с представлением доказательств об обратном. При этом согласно статье 152 ГПК КР непредставление ответчиком письменного возражения на иск не препятствует рассмотрению дела судом.

Такой подход возложения на истца бремени доказывания отрицательного факта — неиспользования товарного знака ответчиком, является неверным, поскольку это весьма затруднительно, а иногда и невозможно собрать истцу такие доказательства.

Если дело касается аннулирования товарного знака, который зарегистрирован в отношении товаров, которые являются предметами роскоши, реализуемыми в эксклюзивных точках продажи, либо товаров, которые до выпуска на рынок должны проходить обязательную регистрацию в компетентных органах (например, лекарства) или маркировку средствами цифровой идентификации (например, алкогольная или табачная продукция), то есть шанс собрать доказательства. Можно обратиться в эксклюзивные точки продажи с просьбой предоставить информацию, реализовывался ли товар с таким товарным знаком либо уточнить у компетентных органов, регистрировали или выдавали ли они код маркировки товару с данным товарным знаком. В отношении других товаров[9] собрать доказательства намного сложнее. Более того, для сбора доказательств в отношении любых товаров требуется помощь лицензированного адвоката, которому по закону лица обязаны предоставлять необходимую информацию[10]. При этом не исключено, что даже адвокату могут отказать в предоставлении необходимой информации, ссылаясь на невозможность разглашения коммерческой или иной охраняемой законом тайны.

Доказать неиспользование товарного знака в отношении услуги обычно невозможно. Выяснить, использовался ли товарный знак при предоставлении услуги, можно в основном только с помощью внутренних документов правообладателя, таких как договоры оказания услуг, акты о приемке услуг, счета на оплату, деловая переписка и т.д., к которым у истца доступа нет. Если по законодательству КР до оказания услуг лицо обязано получить лицензию или разрешение, то можно уточнить у соответствующих компетентных органов, выдавались ли правообладателю лицензия / разрешение на тот вид услуги, в отношении которого зарегистрирован товарный знак. Если правообладателю они не выдавались, то он не имел права оказывать такие услуги, а товарный знак не мог быть использован. Если же правообладатель получал лицензию / разрешение, то такое доказательство имеет только косвенный характер: оно напрямую не подтверждает, оказывал ли фактически правообладатель определенный вид услуги под данным товарным знаком.

Рекомендация: Бремя доказывания в делах по аннулированию вследствие неиспользования товарного знака Европейского союза (EUTM), России и Таджикистана лежит на ответчике — правообладателе. Такой подход является разумным, поскольку правообладателю намного легче подтвердить использование своего товарного знака. Если он не использовал свой знак, то он может собрать доказательства, подтверждающие уважительные причины его неиспользования[11]. Также такой подход снижает временные и финансовые затраты для истца, поскольку ему не требуется проводить исследование рынка на предмет отсутствия использования товарного знака и собирать доказательства, при этом и ответчику это будет не затратно, так как основные доказательства уже имеются у него на руках. В связи с чем необходимо применить такой же поход и в КР путем внесения изменений в Закон о ТЗ.

 

3. Проблема относительно «номинального использования» товарного знака

К сожалению, согласно законодательству и известной судебной практике КР[12], номинальное использование товарного знака считается достаточным для отказа судом в его аннулировании. Под номинальным (искусственным, мнимым) использованием товарного знака имеют в виду его использование с целью сохранения действия регистрации товарного знака без реального намерения его применения на товарах или при оказании услуг. Применяемый в КР подход является некорректным, поскольку допускает оставления в силе «мертвых» товарных знаков, зарегистрированных в целях недобросовестной конкуренции или злоупотребления правом[13]. Так, какая-нибудь местная недобросовестная компания, которая желает не допустить на рынок КР товар иностранного конкурента, может опередить и зарегистрировать в КР бренд конкурента в качестве товарного знака, а после запретить[14] конкуренту ввоз на территорию КР его товаров, обозначенных таким товарным знаком. Таким образом, реальный производитель товара лишается права продавать свой товар на территории КР. Затем если местная компания фактически не использует этот товарный знак, то в целях сохранения преграды своему конкуренту она может не допустить аннулирования «мертвого» товарного знака, доказав в суде лишь его номинальное использование, например, следующим образом:

  • Согласно части 2 статьи 1110 ГК КР, выдача лицензии на пользование товарным знаком считается его использованием. Пользуясь данным положением, недобросовестный правообладатель может каждые три года или задним числом оформлять лицензионный договор[15] с какой-нибудь третьей компанией, лицензиатом, для подтверждения использования «мертвого» товарного знака. Это подтверждается и судебной практикой: суды КР считают, что достаточно выдачи правообладателем лицензии для недопущения аннулирования товарного знака несмотря на то, что фактически товарный знак не был применен на товарах или при оказании услуг ни самим правообладателем, ни лицензиатом.

В соответствии со статьей 24 Закона о ТЗ лицензионный договор регистрируется в Кыргызпатенте и вступает в силу с даты его регистрации. Без этой регистрации договор считается недействительным. Недобросовестный правообладатель обычно обходит требование данного положения, ссылаясь на часть 3 статьи 19 Сингапурского договора о законах по товарным знакам, согласно которой КР «не может требовать регистрации лицензии в качестве условия для того, чтобы использование знака лицензиатом рассматривалось как использование от имени правообладателя товарного знака в ходе процедур, связанных с приобретением, поддержанием в силе и защитой знаков»[16]

Согласно Закону о ТЗ, использованием может быть признано применение товарного знака в качестве адреса в сети интернет (доменное имя). К сожалению, суды КР не анализируют: (i) использовалось ли доменное имя в отношении товаров и услуг, для которых зарегистрирован товарный знак (возможно, что к примеру товарный знак «Apple» зарегистрирован в отношении смартфонов и ноутбуков, а на веб-сайте «www.apple.com» предлагаются другие товары или услуги, например, услуги парикмахера), (ii) имеют ли соответствующие потребители КР реальный доступ к данному веб-сайту[17] (т.е. предлагаются ли товары и услуги на веб-сайте на языке потребителей КР — кыргызском и русском, а если веб-сайт позволяет потребителям сделать онлайн заказ товаров и услуг, то распространяется ли такая возможность и на потребителей КР), (iii) имеются ли доказательства того, что действительно определенное количество потребителей КР посещало данный веб-сайт в течение определенного периода времени.

Суды КР не анализируют, является ли использование товарного знака реальным, без цели сохранить только его правовую охрану. Поэтому вполне вероятно, что лишь для поддержания в силе товарного знака и создания видимости его использования правообладатель может произвести и продать единичные экземпляры товара повседневного спроса (например, один раз в течение трехлетнего периода произвести и продать только 10 штук недорогого туалетного мыла) и в суде представить соответствующие доказательства.

Таким образом, правообладатель путем искусственного использования товарного знака создает преграду для вхождения на рынок КР товаров или услуг реального производителя или поставщика услуг.

Рекомендация: В первую очередь необходимо признать часть 2 статьи 1110 ГК КР, согласно которой выдача лицензии считается использованием товарного знака, как утратившую свою силу. Также необходимо отразить в Законе о ТЗ и/или в постановлении Пленума Верховного суда КР следующие основные критерии[18] реального использования товарного знака:

  • Реальным (подлинным, фактическим) использованием товарного знака считается его применение в целях непосредственного введения в гражданский оборот товаров или услуг, в отношении которых зарегистрирован товарный знак. Реальным использованием товарного знака не является его использование только в целях сохранения действия регистрации товарного знака. Реальное использование должно соответствовать основной функции товарного знака, которая заключается в том, чтобы позволить потребителям отличать соответственно товары или услуги одних юридических или физических лиц от однородных товаров или услуг других юридических или физических лиц[19]. Использование товарного знака должно быть публичным, т.е. направленным в отношении потенциальных потребителей. Использование исключительно внутри своей компании или группы компаний не считается реальным использованием товарного знака. Необходимо оценить, использовался ли оспариваемый товарный знак в отношении каждого вида товара и/или услуги, для которых он зарегистрирован и по которым истец требует аннулировать товарный знак.

Доказательства использования товарного знака должны включать информацию, указывающие на место и время его использования. При рассмотрении дела необходимо изучить, действительно ли представленные документы и иные материалы, такие как договоры, счета-фактуры, этикетки, упаковки, прайс-листы, каталоги, фотографии, рекламные объявления и иная информация, содержащаяся в печатных изданиях и на веб-сайтах, отражают использование товарного знака в соответствующей территории в рамках определенного периода времени.

Вопрос о том, считается ли использование товарного знака реальным, зависит от обстоятельств каждого дела, включая (i) характер товаров и услуг, в отношении которых зарегистрирован товарный знак (например, товары повседневного спроса или промышленного назначения, дорогой или дешевый товар), (ii) вид рынка товаров и услуг (например, рынок продовольственных товаров или рынок недвижимости), (iii) территориальный масштаб, а также частота и регулярность использования товарного знака, (iv) размер бизнеса, производственные и маркетинговые мощности правообладателя и т.д. Указанные обстоятельства должны быть оценены только в совокупности, но не по отдельности.

Необходимо учитывать использование товарного знака только на территории КР. При этом товарный знак не обязательно должен использоваться на всей территории КР, чтобы использование было признано реальным. Важно проанализировать, насколько использование товарного знака в определенной части территории КР влияет на внутренний рынок и является ли оно достаточным для сохранения правообладателем своей доли рынка и способствует ли оно коммерчески значимому присутствию соответствующих товаров и услуг на этом рынке. Исходя из вышеуказанного, использование товарного знака только на территории одного города может быть признано реальным, если такой город является большим по площади и численности населения со значительным экономическим влиянием на внутренний рынок.

Невозможно заранее установить количественный порог для оценки подлинности использования товарного знака. Использование товарного знака не всегда должно быть количественно значимым, чтобы считаться подлинным, поскольку это зависит от характера и вида рынка соответствующих товаров и услуг (например, в отношении предметов роскоши и иных дорогостоящих товаров)[20].

Часто бывает, что после регистрации товарного знака правообладатель использует его в несколько измененном виде (например, инверсия цвета, использование строчных букв вместо прописных, пропуск знаков препинания и т.д.). В законодательстве КР не предусмотрено прямого положения[21], регулирующего вопрос, можно ли использование измененного товарного знака считать подлинным. В связи с чем необходимо уточнить, что использование товарного знака в форме, отличной от зарегистрированной, считается реальным использованием, если изменения отдельных элементов товарного знака не меняют его существа. Во всех случаях необходимо оценить, затрагивают ли изменения восприятие товарного знака в целом (общее впечатление) или его основных различительных (т.е. занимающих доминирующее положение и влияющих на восприятие знака в целом) элементов. Если изменения касаются только слабых элементов товарного знака, то использование такого измененного знака может быть признано реальным. Поскольку словесные товарные знаки регистрируются без испрашивания охраны в отношении какого-либо цвета / цветового сочетания, шрифта и размера букв, то использование такого знака с применением определенного цвета, шрифта и размера букв признается реальным использованием при условии, что изменения не затрагивают восприятие товарного знака в целом или его основных различительных элементов.

Заключение: Вышеуказанные правовые проблемы при аннулировании товарного знака вследствие его неиспользования создают много преград для добросовестных компаний, которые желают использовать тот или иной товарный знак на территории КР. В связи с чем необходимо, чтобы законодатель и суды КР обратили свое внимание на данные проблемы. Надеюсь, что рекомендации, отраженные в настоящей статье, помогут им в решении этих проблем.

  Сноски:

[1] Далее по тексту вместо фразы «прекращение действия регистрации» будет использоваться слово «аннулирование».

[2] При этом данная статья не охватывает проблемы касательно (i) доказательства заинтересованности истца в аннулировании товарного знака, (ii) срока неиспользования товарного знака, достаточного для его аннулирования, (iii) даты, начиная с которой имеет силу аннулирование товарного знака вследствие его неиспользования, и (iv) уважительных причин неиспользования ответчиком товарного знака.

[3] В целях разработки таких предложений были изучены положения законодательства Армении, Беларуси, Европейского союза, Казахстана, России, Таджикистана и Узбекистана в части, касающейся аннулирования товарного знака в связи с его неиспользованием.

[4] По смыслу Гражданского кодекса КР («ГК КР») право на товарный знак не считается имуществом. В связи с чем отпадает возможность подачи иска об аннулировании товарного знака вследствие его неиспользования по месту нахождения имущества ответчика на территории КР.

[5] Согласно ГПК КР, иски, вытекающие из деятельности филиала или представительства юридического лица, могут предъявляться истцом также по месту нахождения филиала или представительства.

[6] Такой проблемы нет, если ответчик является местной компанией. В этом случае истец подает иск в суд КР по месту нахождения ответчика. Интересно, что согласно судебной практике даже в таких делах обычно привлекают Кыргызпатент в качестве соответчика.

Ранее Кыргызпатент в делах по аннулированию товарного знака вследствие его неиспользования поддерживал в суде сторону ответчика. Хорошо, что в настоящее время такая практика забыта и Кыргызпатент не поддерживает чью-либо сторону, а просит переквалифицировать его из соответчика на третье лицо, не заявляющего самостоятельного требования.

[7] По законодательству КР такие дела являются гражданскими (экономическими).

[8] В качестве альтернативы можно было бы передать дела по аннулированию товарного знака в связи с его неиспользованием на рассмотрение Апелляционному совету при Кыргызпатенте, который в отличие от судов КР имеет достаточную специализацию по вопросам интеллектуальной собственности. Такая подведомственность дел не является новшеством в мире: например, товарные знаки Европейского союза (EUTM) и Таджикистана могут быть аннулированы в связи с их неиспользованием на основании решения их патентного ведомства. Однако в 2021 г. КР ратифицировал Договор о товарных знаках ЕАЭС, согласно которому товарный знак ЕАЭС аннулируется вследствие его неиспользования на основании решения суда. Будет неправильно, если национальные товарные знаки и знаки, зарегистрированные через ВОИС, будут аннулироваться на основании решения Апелляционного совета, а товарные знаки ЕАЭС – через суд. В связи с чем в настоящее время в КР отпадает возможность изменения подведомственности таких дел.

[9] Товары, которые не подлежат обязательной регистрации или маркировке в компетентных органах и/или являются товарами повседневного спроса, которые обычно реализуются повсеместно и/или не нуждаются в рекламе и т.д.

[10] Пункт 2 части 1 статьи 25 Закона КР «Об Адвокатуре Кыргызской Республики и адвокатской деятельности».

[11] Согласно Закону о ТЗ, при решении вопроса об аннулировании товарного знака в связи с его неиспользованием могут быть приняты во внимание представленные ответчиком доказательства того, что товарный знак не использовался по независящим от него обстоятельствам, в том числе ограничения, устанавливаемые государством к товарам, для которых зарегистрирован товарный знак.

[12] Согласно Кыргызпатенту, с 2008 г. по декабрь 2021 г. они принимали участие в 82 судебных делах по аннулированию товарного знака в связи с его неиспользованием (из них 57 исковых заявлений были удовлетворены, 23 — оставили без удовлетворения, а 2 — находились на стадии рассмотрения). Статистики с 1991 г. (с момента провозглашения независимости КР) по 2007 г. не имеется. При этом в Информационно-правовой системе «ТОКТОМ» находятся только 24 судебных решений относительно 20 судебных дел по аннулированию товарного знака в связи с его неиспользованием. В других открытых источниках КР судебных решений по таким делам не имеется.

[13] К сожалению, в настоящее время Закон о ТЗ не предусматривает прямого основания для аннулирования товарного знака, если действия правообладателя, связанные с предоставлением правовой охраны такому товарному знаку, признаны недобросовестной конкуренцией или злоупотреблением правом.

[14] Согласно Закону о ТЗ, правообладатель товарного знака имеет исключительное право пользоваться и распоряжаться товарным знаком, а также запрещать его использование другими лицами. Никто не может использовать в КР товарный знак без разрешения его правообладателя.

[15] Согласно Закону о ТЗ, право на использование товарного знака может быть предоставлено правообладателем товарного знака (лицензиаром) другому лицу (лицензиату) по лицензионному договору в отношении одного товара, нескольких или всех товаров, для которых знак зарегистрирован.

[16] Согласно Закону о ТЗ, если вступившим в установленном законом порядке в силу международным договором, участницей которого является КР, установлены иные правила, чем те, которые содержатся в Законе о ТЗ, то применяются правила международного договора.

[17] Особенно данный вопрос касается тех доменов, которые зарегистрированы не в зоне .KG (например, www.apple.kg), а в иностранных или иных сегментах сети интернет (например, www.apple.ru, www.apple.com и т.д.).

[18] Аналогичные критерии применяются в Армении, Беларуси, Европейском союзе, России.

[19] Часть 1 статьи 2 Закона о ТЗ.

[20] Например, доказательства, подтверждающие, что правообладатель продал в Финляндии 4 оксигенатора в 1998 г., 105 штук в 1999 г. и 12 штук в 2001 г. на общую сумму 19 901,76 евро были признаны достаточным для признания подлинного использования товарного знака Европейского союза, зарегистрированного в отношении оксигенаторов, ввиду дороговизны такого товара на рынке медицинских изделий (10/09/2008, T-325/06, Capio, EU:T:2008:338).

[21] При этом согласно статье 8 Закона о ТЗ после подачи заявки на регистрацию товарного знака заявитель может внести изменения в заявленное обозначение, которые существенно не изменяют его. Также согласно статье 16 Закона о ТЗ после регистрации товарного знака правообладатель вправе изменить отдельные элементы товарного знака, не меняющего его существа, а после обязан уведомить об этом Кыргызпатент. В соответствии с Правилами составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, товарный знак считается измененным по существу, если изменения затрагивают восприятие заявленного обозначения в целом или его основных (т.е. занимающих доминирующее положение и влияющих на восприятие знака в целом) элементов. К таким изменениям, в частности, относятся: включение в обозначение или исключение из него словесного либо основного изобразительного элемента; фонетическое или смысловое изменение словесного элемента; графическое или смысловое изменение основного изобразительного элемента.

Список источников и литературы:

  1. Конституция КР (введена в действие Законом КР от 5 мая 2021 года № 59);
  2. Административно-процессуальный кодекс КР от 25 января 2017 года № 13;
  3. Гражданский кодекс КР, Часть I, от 8 мая 1996 года № 15;
  4. Гражданский кодекс КР, Часть II, от 5 января 1998 года № 1;
  5. Гражданский процессуальный кодекс КР от 29 декабря 1999 года № 146;
  6. Гражданский процессуальный кодекс КР от 25 января 2017 года № 14;
  7. Закон КР «Об Адвокатуре КР и адвокатской деятельности» от 14 июля 2014 года № 135;
  8. Закон КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» от 14 января 1998 года № 7;
  9. Правила составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденные постановлением Правительства КР от 27 октября 2011 года № 685;
  10. Договор о товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров Евразийского экономического союза (ЕАЭС), ратифицированный Законом КР от 26 февраля 2021 года № 22;
  11. Сингапурский договор о законах по товарным знакам от 28 марта 2006 года, ратифицированный Законом КР от 5 апреля 2008 года № 51;
  12. Закон Республики Армения «О товарных знаках и знаках обслуживания, наименованиях мест происхождения товаров» от 31 марта 2000 года № ЗР-41;
  13. Закон Республики Беларусь «О товарных знаках и знаках обслуживания» от 5 февраля 1993 года № 2181-XII;
  14. Постановление Пленума Верховного Суда Республики Беларусь «О некоторых вопросах применения законодательства при рассмотрении гражданских дел, связанных с защитой права на товарный знак и знак обслуживания» от 28 сентября 2005 года № 9;
  15. Закон Республики Казахстан «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» от 26 июля 1999 года № 456-I;
  16. Гражданский кодекс Российской Федерации, часть 4, от 18 декабря 2006 года № 230-ФЗ;
  17. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 23 апреля 2019 года № 10;
  18. Закон Республики Таджикистан «О товарных знаках и знаках обслуживания» от 5 марта 2007 года № 234;
  19. Закон Республики Узбекистан «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» от 30 августа 2001 года № 267-II;
  20. Guidelines for examination of European Union trademarks, European Union Intellectual Property Office (EUIPO), Part C, Opposition, 01.03.2021 (Руководство по экспертизе товарных знаков Европейского Союза, Ведомство по интеллектуальной собственности Европейского Союза (EUIPO), Часть C, Оппозиция, 01.03.2021);
  21. Guidelines for examination of European Union trademarks, European Union Intellectual Property Office (EUIPO), Part D, Cancellation, 01.03.2021 (Руководство по экспертизе товарных знаков Европейского Союза, Ведомство по интеллектуальной собственности Европейского Союза (EUIPO), Часть D, Аннулирование, 01.03.2021).

Патентный поверенный Кыргызской Республики № 40

Ильясова Нурайым

© 2022 Ильясова Н.

«Оригинальный» контрафакт

Большинство товаров потребляемых на кыргызском рынке импортируются из-за рубежа (импорт превышает экспорт в 3 раза). По данным статистики, основной вид бизнеса это торговля иностранными товарами (18% ВВП) широкого ассортимента, начиная от средств личной гигиены, одежды, гаджетов, продуктов питания, автомобильных запчастей и заканчивая предметами роскоши.

Торговля, как и любой бизнес, относительное рискованное предпринимательство. Ведь можно потерять деньги из-за того, что подведет непроверенный контрагент и поставит некачественный товар или он морально устареет выйдя из моды и станет не интересен потребителю, возможно из-за простоя на закрытой границе товар испортится, или конкурент завезет аналогичный по более низкой цене и бизнесмен не сможет заработать на том товаре в который он вложил деньги. Но среди множества подобных рисков есть те, которые касаются интеллектуальной собственности и которых можно избежать, если быть достаточно осмотрительным и не полагаться на волю случая.

В соответствии с законом, владелец товарного знака охраняемого в Кыргызстане на основании регистрации или в соответствии с международным договором, имеет исключительное право его использовать на всей территории республики, то есть производить, ввозить, хранить, рекламировать или предлагать к продаже товары с нанесенных на них товарным знаком. Нарушением будут являться вышеуказанные действия третьих лиц, если они без согласия владельца товарного знака использует тождественное или схожее до степени смешения с этим знаком обозначение для аналогичных товаров.

Под термином «контрафактный товар» часто понимают подделку или фальсификат, более низкого качества, с нанесенным известным товарным знаком. Но мало кто из предпринимателей осведомлен, что юридически «контрафактом» может оказаться оригинальный товар, купленный у самого производителя и что данный товар могут арестовать на Кыргызской таможне, на складе, в магазине или в контейнере на рынке. Это кажется невероятным, но приведем ряд случаев ниже.

П. 1 ст. 7 Закона КР «О таможенном регулировании в Кыргызской Республике» содержит определение «контрафактные товары» — «товары, содержащие объекты авторского права и смежных прав, прав на товарные знаки, знаки обслуживания и наименований мест происхождения товаров, если изготовление таких товаров, их перемещение через таможенную границу или иные действия с товарами, находящимися под таможенным контролем, влекут за собой нарушение прав правообладателя, охраняемых в соответствии с законодательством Кыргызской Республики».

1. В начале 2017 года, кыргызские предприниматели занимающиеся импортом и продажей автозапчастей «TOYOTA» узнали, что завозить из за рубежа (кроме стран ЕАЭС) оригинальные запчасти может только назначенный правообладателем импортер. Параллельный импорт, то есть ввоз оригинальной продукции без разрешения признается нарушением прав на товарный знак и контрафактный груз будет приостановлен таможней. При этом запчасти можно приобретать теперь только у импортера по ценам установленным им.

2. В 2012 – 2014 г. известный польский бренд детской одежды «Wojcik» (Войчик) был зарегистрирован в Кыргызстане не самим производителем, а местным предпринимателем, который наравне с другими бизнесменами завозил данную одежду из Европы. Воспользовавшись тем, что польская компания не зарегистрировала свой товарный знак в Кыргызстане, он опередил ее и после получения охранного свидетельства из Кыргызпатента, обрушился с юристами и правоохранительными органами на своих не о чем не подозревавших конкурентов. Тем самым запретил продажу одежды «Wojcik» во многих детских магазинах столицы, став, по сути, единственным ее импортером в страну. Юридически, данные действия имеют все признаки недобросовестной конкуренцией и злоупотреблением права, так как лишили возможности зарегистрировать товарный знак для одежды, в Кыргызстане, даже самого производителя в 2015 году.

vvojcik10 vvojcik11
Товарный знак 25 класса МКТУ в Польше, России, Казахстане и др. странах принадлежит — Wójcik Fashion Spółka z ograniczoną Odpowiedzialnością приоритет товарного знака 2009 год. Отказ в регистрации в Кыргызстане Товарные знаки в 25 и 35 классах МКТУ в Кыргызстане принадлежат Мустафиной Т.М., приоритет товарного знака 2012 год.

3. Отечественная компания, специализирующаяся на импорте и реализации алкогольной продукции, приобрела в России партию водки премиум сегмента «С серебром» (с серебряным жетоном внутри), но не смогла успешно реализовать ее в Кыргызстане. Причиной явилась появившаяся на рынке местная водка «С серебром» алкогольного холдинга, очень похожая на оригинал, но уже без серебряного жетона внутри и значительно дешевле. При этом алкогольный холдинг зарегистрировал на свое имя товарный знак — бутылку с этикеткой «С серебром», а российская оригинальная водка стала признаваться «контрафактом» в Кыргызстане. В Кыргызском законодательстве отсутствуют нормы позволяющие вернуть товарный знак утерянный в следствии недобросовестной конкуренции, чем пользуются нарушители.

sserebrom10 sserebrom20
В России бутылка — товарный знак принадлежит ООО «СтандартЪ», приоритет май 2014 г. (производится с 2013 г.) В Кыргызстане бутылка — товарный знак зарегистрирован ОсОО «Кыргыз Алко Трейд», приоритет декабрь 2014 г. и уступлен ОсОО «Аю»

4. В 2017 году предприниматели юга Кыргызстана столкнулись с арестом приобретенного ими сока, известных узбекских марок «Сочная долина» и «PRO100sok», на границе. Как выяснилось, бывший кыргызский дистрибьютор, работавший много лет с этими марками, зарегистрировал данные товарных знаки узбекского производителя, на другую свою фирму (с несуществующим адресом), входящую в эту же группу компаний. В результате всю свою задержанную продукцию, предприниматели продали данному «дистрибьютору» по названной им цене. В противном случае их ждал суд и большие убытки. Узбекская компания не смогла в вернуть себе товарные знаки, так как законодательство Кыргызстана не позволяет вернуть себе зарегистрированный агентом товарный знак, как предусмотрено в Парижской конвенции, или аннулировать его по основаниям злоупотребления правом и недобросовестной конкуренции.

 SOKI

VIKO ВИКО

СОЧНАЯ ДОЛИНА

PRO100 SOK

Товарные знаки в Узбекистане – СП ООО «INTERSOK» (УЗ), приоритет товарных знаков 2006-2008 г. Товарные знаки в Кыргызстане, Казахстане — ОсОО «Рустэль», приоритет товарных знаков 2011-2012 г.

Это лишь малая часть случаев, с которыми сталкиваются предприниматели неосмотрительно подходящие к проработке вопросов интеллектуальной собственности. Поэтому перед ввозом новой партии товара необходимо провести предварительный поиск по товарным знакам, дабы избежать арест товара или судебного иска по признакам контрафактности. Такой поиск можно провести самостоятельно:

  • по базе товарных знаков Кыргызпатента (http://trademark.patent.kg/);
  • по базе международной регистраций товарных знаков зарегистрированных по мадридской системе (Madrid Monitor);
  • в таможенном реестре объектов интеллектуальной собственности ГТС (на сайте http://www.customs.kg).

Поскольку подобный поиск требует сноровки, знаний в области классификации товаров и услуг, советуем воспользоваться услугами наших патентных поверенных.

Патентный поверенный КР №31 Вандаев А.М.

© 2019 Вандаев А.М.


Смотрите также:

Аналитическая заметка по поводу запланированного подписания Договора о товарных знаках ЕАЭС

На протяжении последнего десятилетия законодательство Кыргызской Республики (далее «КР») о товарных знаках не совершенствовалось, несмотря на то, что не соответствует ряду положений международных соглашений, одним из которых является Парижская конвенция по охране промышленной собственности, и не позволяет в достаточной мере защитить исключительные права. Все предложения и инициативы в этой сфере оставались без ответа.

Изменениям национального законодательства о товарных знаках быть! Поводом к этому послужит запланированное подписание Договора о товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров Евразийского экономического союза (Далее «Договор о товарных знаках Союза»). Распоряжение Правительства КР об этом было издано 1 июля 2017 года и все это время велась подготовка к исполнению данного договора. В скором времени, как ожидается в конце 2018 года, Кыргызская Республика должна подписать Договор о товарных знаках Союза. Данным международным документом создается новый механизм предоставления правовой охраны товарному знаку сразу во всех пяти странах союза. При этом можно будет подать одну заявку и потратив меньше средств и времени получить регистрацию товарного знака в каждой стране союза одновременно.

Но это еще не все плюсы от планируемого подписания Договора о товарных знаках Союза. Поскольку данный договор предусматривает ряд более благоприятных для правообладателя норм, чем национальное законодательство, то запланировано и обновление последнего, чтобы не создавался диссонанс между положениями о товарном знаке союза и национальной регистрацией регулируемой Законом КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» (далее «Закон КР «О товарных знаках»).

По нашему мнению Жогорку Кенеш, должен урегулировать немало положений, некоторые из них мы решили отметить особо:

Физическое лицо, как заявитель. Заявителем а, следовательно, и правообладателем товарного знака союза может быть просто физическое лицо, оно же может ходатайствовать о преобразовании «заявки союза» в национальную заявку. Однако Закон КР «О товарных знаках» предусматривает, что владельцем товарного знака может быть физическое лицо занимающееся предпринимательской деятельностью. Данное расхождение следует устранить в национальном законодательстве и предоставить право подачи заявки физическим лицам. Но данную норму следует вводить обязательно вместе с противодействием злоупотреблению правом либо недобросовестной конкуренцией, которую мы упомянули ниже.

Опубликование заявок. Заявка на товарный знак союза будет публиковаться на официальном сайте в открытом доступе в считанные дни после ее получения. Эта хорошая практика, когда о заявке узнают третьи лица, которые возможно будут возражать против нее и смогут заявить такое несогласие официально. Россия, Белоруссия и Казахстан уже предоставляют доступ к поданным национальным заявкам, в то время как Кыргызпатент необоснованно считает эту информацию конфиденциальной. Локализация данной нормы поможет провести предварительный поиск по поданным заявкам в Кыргызпатент и исключить риски отказа при подаче товарного знака союза.

Сроки. Также стоит уменьшить сроки рассмотрения Апелляционным советом при Кыргызпатенте возражения на отказ в регистрации товарного знака, так как он составляет четыре месяца, вместо предусмотренных трех в Договоре о товарных знаках Союза. Срок который на отводится оплату пошлины за регистрацию знака указан в Договоре — один месяц.

Преобразование заявки и замена регистрации. Необходимо предусмотреть в Законе КР «О товарных знаках» возможность преобразования «заявки союза» в национальную заявку и замены национальной регистрации товарного знака регистрацией товарного знака союза.

Злоупотребление правом и недобросовестная конкуренция. Кыргызское законодательство не предусматривает порядок признания товарного знака недействительным если действия правообладателя признаны в установленном порядке злоупотреблением правом либо недобросовестной конкуренцией. Обязанность предусмотреть такие меры Кыргызстан взял на себя в рамках пакета ВТО присоединившись к Парижской конвенции (ст. 10 bis. и 10 ter.), но так и не имплементировал предусмотренные нормы. Хочется верить, что в пакет изменений в Закон КР «О товарных знаках» войдет и эта важная норма.

Использование товарного знака, как условие сохранения его регистрации в силе. В п. 2 ст. 16 Договора о товарных знаках Союза изложены условия прекращения охраны товарного знака союза в случае его неиспользования. При этом данный пункт перечисляя виды использования товарного знака не содержит номинального и псевдо-использования заключающегося в государственной регистрации лицензионного договора и только (без фактического производства товаров или оказания услуг под охраняемым обозначением). Надеемся, что Кыргызпатент поставит точку в новелле поощрения злоупотребления правом и предложит Жогорку Кенешу исключить норму «Выдача лицензии на пользование товарным знаком считается его использованием» (п. 2 ст. 1110 ГК КР).

Полагаем, что Договор о товарном знаке Союза и тесное взаимодействие патентных ведомств всех стран ЕАЭС поспособствует унификации и улучшению не только над-, но и национального законодательства в области товарных знаков и наименований мест происхождения товаров. А Кыргызпатнту и Жогорку Кенешу желаем не ограничиваться формальным редактированием Закона КР «О товарных знаках» обусловленным присоединением к Договору о товарном знаке Союза, а предусмотреть в законе также возможность взыскания компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и другие меры защиты.

© Алексей Вандаев, 2018


Смотрите также:

Недобросовестная конкуренция в сфере фирменных наименований

В настоящее время в Кыргызской Республике процветает недобросовестная конкуренция, выражающаяся в копировании или подражании наименованиям известных компаний или «обратном захвате» товарных знаков и доменов через институт фирменных наименований. Постараемся дать ответ, как исправить возникшую ситуацию.
  • Алексей Вандаев
Image of

 

firmОтмена в 2016 году Закона КР «О фирменных наименованиях» способствовала возникновению неурегулированности в этой сфере. Ранее после регистрации (создания) компании, она могла обратиться в Кыргызпатент за регистрацией своего фирменного наименования. Но после отмены закона функция регистрации фирменных наименований была передана в сам орган регистрирующий юридические лица — органы юстиции. Направление было правильное, но исполнение породило огромную проблему.

Так на сегодняшний день можно обнаружить множество схожих до степени смешения фирменных наименований в однородных видах деятельности, которые зарегистрированы минюстом.

Для примера в Кыргызской Республике существует ряд обществ с ограниченной ответственностью, где основным видом деятельности является «Строительство жилых и нежилых зданий» со следующими названиями:

  • МегаСтрой
  • Мега Строй ЛТД
  • Мегастрой Кей Джи
  • Мега Строй Компани
  • Мегастройсервис
  • Мегастройтехсервис
  • Омега строй
  • АртМегаСтрой
  • Мега Строй Плюс
  • Megastroi (Мега Строй)
  • Элит Мега Строй

Ознакомиться с базой данных юридических лиц можно тут >>>

Из приведенного списка, очевидно, что работая на одном рынке и в одной сфере данные компании приводят к смешению с деятельностью друг друга, что мешает добросовестной конкуренции.

Однако с точки зрения закона компания «МегаСтрой», которая была зарегистрирована гораздо раньше других ничего сделать не сможет, так как законодатель отменяя закон КР «О фирменных наименованиях» не урегулировал эту сферу.

В п. 3 ст. 1104 ГК КР (в редакции от 23 июля 2016 года) сказано, что не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, аналогичного фирменному наименованию другого юридического лица, ранее включенного в единый государственный реестр юридических лиц, филиалов (представительств).

Под понятием «аналогичное фирменное наименование» законодатель имеет ввиду тождественное наименование, то есть совпадающее во всех элементах кроме цифр, знаков препинания и символов. Следовательно, указание наименования со сдвоенной гласной или согласной или добавлением вида деятельности и другого элемента сделает схожее фирменное наименование формально уникально-новым. Это узаконивает нарушениеисключительных прав. Вследствие чего такой институт средств индивидуализации, как «фирменное наименование» перестает выполнять свою функцию.

Решение: Эта формулировка лишает правообладателя возможности добиваться справедливости в суде и должна быть заменена в гражданском кодексе на понятие «схожее до степени смешения», которое было ранее в законе «О фирменных наименованиях» и которое используется в интеллектуальной собственности.

 

Вместе с прекращением закона КР «О фирменных наименованиях», необходимо было заполнить образовавшийся «правовой вакуум» и отрегулировать столкновение фирменных наименований с товарными знаками и другими объектами промышленной собственности, чего сделано не было (за исключением общеизвестных товарных знаков).

Теперь, в случае недобросовестной конкуренции, когда зарегистрированное для идентичных товаров или услуг – фирменное наименование ОсОО «Ромашка» с более поздним приоритетом, чем товарный знак «Ромашка» другого правообладателя, не может быть ограничено в использовании. Попросту нет правовых норм, чтобы владелец товарного знака через суд или другим способом обязал изменить фирменное наименование, запретил его использование или возместил убытки.

Решение: урегулировать в гражданском кодексе столкновение объектов интеллектуальной собственности, отдавая предпочтение по дате приоритета и предусмотреть последствия столкновения.

 

С доменными именами ситуация обстоит еще сложней. Если индивидуальный предприниматель или другое лицо использует в своей деятельности доменное имя и недобросовестный конкурент захочет его отобрать (например, romashka.kg), то для этого всего на всего он может зарегистрировать за три дня фирму ОсОО «Ромашка» заплатив не более 500 сомов. А согласно Порядку использования товарных знаков, знаков обслуживания, наименований мест происхождения товаров и фирменных наименований в качестве адреса в сети «Интернет» зарегистрированное фирменное наименование является основанием для предъявления претензий владельцу схожего доменного имени. Что в итоге приведет к запрету использования данного домена.

В результате отмена Закона КР «О фирменных наименованиях» и появление правовой неопределенности играет на руку недобросовестным конкурентам, вследствие чего Кыргызпатенту, как органу ведущего политику в области интеллектуальной собственности, необходимо выступить с предложениями о внесении изменений в законодательство. Иначе может пострадать бизнес и потребители.

 

© 2017 Вандаев А.М.


Смотрите также:

Дело Вандаев А.М. vs. Xylitol (Патентный поверенный КР Вандаев А.М. vs. Кыргызпатента и ОРИОН Корпорейшн)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА

КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

г.Бишкек, от 16 мая 2017 года, Дело № АД-1483/16мбс6, Надзорное производство № 6-403/17 АД

Судебная коллегия по административным и экономическим делам Верховного суда Кыргызской Республики в составе:

председательствующего Давлетова А.А., судей Арапбаева Н.М., Боронбаевой Д.С., при секретаре судебного заседания Момунбаевой А., с участием  представителя  Государственной службы интеллектуальной  собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики А. Байсылдаевой (доверенность от 12 апреля 2017 года); Вандаева А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании надзорную жалобу Государственной службы интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики на решение судебной коллегии по административным и экономическим делам Бишкекского городского суда от 24 января 2017 года,

установила:

Вандаев A.M. обратился в суд с заявлением о признании недействительным решения Апелляционного совета при Государственной службе интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики (далее Госслужба интеллектуальной собственности) от 4 июня 2014 года.

В обоснование заявления указано, что с 31 декабря 2008 года в Кыргызской Республике охраняется товарный знак «Xylitol», зарегистрированный на имя «ОРИОН Корпорейшн» в отношении товаров 30 класса Международной Классификации Товаров и Услуг (далее МКТУ): шоколад, печенье, сухое печенье, крекеры, вафли, кондитерские изделия, хлопья из зерновых продуктов, кукурузные хлопья, хлеб, сладкие мучные изделия, пирожные, пироги круглые, пудинги, шербет, включенный в 30 класс, мороженое, конфеты, карамель, жевательная резинка (не для медицинских целей).

18 марта 2014 года Вандаев A.M. обратился в Апелляционный совет при Госслужбе интеллектуальной собственности с возражением против зарегистрированного товарного знака «Xylitol». 4 июня 2014 года Апелляционным советом со ссылкой на ст. ст. 5, 25 Закона КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» принято решение об отказе »в удовлетворении возражения заявителя.

Ссылаясь на нормы Конституции КР, Закона КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров», Вандаев A.M. считает, что указанным решением нарушаются права, свободы и интересы граждан и предпринимателей КР, поскольку регистрация товарного знака «Xylitol» для товаров 30 класса МКТУ, предоставляется исключительное право на данное слово, следовательно на все товары, содержащие сахарозаменитель «ксилит». Указанные обстоятельства подтверждаются письмом Государственного агентства антимонопольного регулирования при ПКР от 5 ноября 2014 года. Вандаев A.M. отмечает, что в соответствии с требованиям ч.2 ст. 9 Закона КР «О защите прав потребителей», производители пищевых продуктов, в частности кондитерских изделий, обязаны указывать на товаре, что в состав входит пищевая добавка «ксилит» (xylitol), но в случае исполнения данных норм закона им грозит ответственность, как нарушителей прав на товарный знак.

В оспариваемом решении Апелляционного совета указано, что заявителем не представлено  специальных  терминологических  словарей  или энциклопедий,  которые позволили бы признать оспариваемый товарный знак «Xylitol» термином. Заявитель представил Апелляционному совету ГОСТ Р 53904-2010 «Добавки пищевые. Подсластители пищевых продуктов. Термины и определения», принятый в Кыргызской Республики, в котором под термином «ксилит» понимается подсластитель пищевого продукта, имеющий код пищевых добавок Е967 (индекс международной цифровой системы (INS)). В данном ГОСТе дается перевод слову «ксилит» на английский — «xylitol» и содержится указание, что термины, установленные настоящим стандартом, рекомендуются для применения во всех видах документации и литературы по подсластителям пищевых продуктов, входящих в сферу работ по стандартизации и использующих результаты этих работ. В своем решении Апелляционный совет указывает, что оспариваемое обозначение «xylitol» зарегистрировано во многих странах, в том числе в России, Казахстане и в других странах, на что заявителем отмечено, что в России слово «xylitol» исключено из правовой охраны (дискламировано) и любое лицо в своей деятельности может использовать данное обозначение. В силу изложенного, заявитель считает, что регистрация товарного знака «Xylitol» должна быть признана недействительной, так как была произведена в нарушение требований, установленных статьей 4 Закона КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров».

Решением Межрайонного суда г.Бишкек от 17 августа 2016 года в удовлетворении заявления Вандаева A.M. к Государственной службе интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской публики, третье лицо: «ОРИОН Корпорейшн»

о признании недействительным решения Апелляционного совета при Государственной службе интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики от 4 июня 2014 года об отказе в удовлетворении возражения Вандаева A.M. против регистрации товарного знака «Xylitol», зарегистрированного на имя «ОРИОН Корпорейшн» для товаров 30 класса МКТУ (свидетельство № 9192) — отказано. Взысканы с Вандаева A.M. в доход республиканского бюджета государственная пошлина в размере 1 000 (одна тысяча) сомов и 100 (сто) сомов почтовых расходов.

(председательствующий: Алымкулов А.Б.)

Решением судебной коллегии по административным и экономическим делам Бишкекского городского суда от 24 января 2017 года решение Межрайонного суда г.Бишкек от 17 августа 2016 года отменено полностью и вынесено новое решение. Заявление Вандаева A.M. удовлетворено. Признано недействительным решение Апелляционного совета при Государственной службе интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики от 4 июня 2014 года по отказу в удовлетворении возражения Вандаева A.M. против регистрации товарного знака «Xylitol», зарегистрированного на имя «ОРИОН Корпорейшн» для товаров 30 класса МКТУ (свидетельство №9192).

(председательствующий: МурзапиеваЖ.Н., судьи: АяЬаповаДж.К,, Гошковская И.В. — докладчик)

Не согласившись с судебным актом суда апелляционной инстанции, Государственная служба интеллектуальной собственности и инноваций при ПКР обратилась с надзорной жалобой в Верховный суд Кыргызской Республики. В обоснование надзорной жалобы указано, что в соответствии с п. 12 раздела VI Положения об Апелляционном совете Кыргызпатента, утвержденного постановлением коллегии Кыргызпатснта от 14 июля 2010 года №8 для случаев, не предусмотренных настоящим положением, применяются нормы ГПК КР. Госслужба интеллектуальной собственности указывает, что Апелляционный совет признан недоказанными обстоятельства, на которые ссылался заявитель в обоснование своего возражения, поскольку письменные доказательства были представлены Вандаевым A.M. в копиях без надлежащего заверения, в связи с чем, в силу требований ст. 64 ГПК КР, Апелляционный совет признал их недопустимыми доказательствами.  Госслужба интеллектуальной собственности также отмечает, что поскольку в ходе рассмотрения возражения Апелляционным советом Вандаевым A.M. не были представлены доказательства, подтверждающие несоответствие регистрации товарного знака «Xylitol» за компанией «ОРИОН Корпорейшн» для товаров 30 класса МКТУ требованиям ст. 4 Закона КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров», у Апелляционного совета не имелось оснований для отмены вышеуказанной регистрации. На основании приведенных доводов. Госслужба интеллектуальной собственности просит решение суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

В судебное заседание суда надзорной инстанции не явились надлежащим образом извещенные представители «ОРИОН Корпорейшн», Генеральной прокуратуры КР. В связи с чем, в силу статьи 355 ГПК КР, судебная коллегия по административным и экономическим делам Верховного суда Кыргызской Республики считает возможным рассмотреть дело без участия неявившихся лиц.

В судебном заседании суда надзорной инстанции представитель Государственной службы интеллектуальной собственности при ПКР Байсылдаева А., поддержав доводы надзорной жалобы, просила жалобу удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании Вандаев A.M., возразив против доводов надзорной жалобы, просил решение суда апелляционной инстанции оставить в силе, жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, проверив правильность применения судами норм права, судебная коллегия приходит к следующему.

Как усматривается из материалов дела, с 31 декабря 2008’года в Кыргызской Республике охраняется товарный знак «Xylitol» (свидетельство №9192), зарегистрированный на имя «ОРИОН Корпорейшн» в отношении товаров 30 класса Международной Классификации Товаров и Услуг: шоколад, печенье, сухое леченье, крекеры, вафли, кондитерские изделия, хлопья из зерновых продуктов, кукурузные хлопья, хлеб, сладкие мучные изделия, пирожные, пироги круглые, пудинги, шербет, включенный в 30 класс, мороженое, конфеты, карамель, жевательная резинка (не для медицинских целей).

18 марта 2014 года Вандаев A.M. обратился в Апелляционный совет при Государственной службе интеллектуальной собственности и инноваций Кыргызской Республики с возражением против зарегистрированного товарного знака «Xylitol». 4 июня 2014 года Апелляционным советом принято решение об отказе в удовлетворении возражения заявителя, что явилось основанием для обращения с заявлением в суд.

Суд первой инстанции, придя к выводу, что регистрация товарного знака «Xylitol» на имя «ОРИОН Корпорейшн» для товаров 30 класса МКТУ соответствует требованиям закона, в связи с чем, оснований для отмены оспариваемого решения Апелляционный совета не имеется, отказал в удовлетворении заявления Вандаева A.M.

Суд апелляционной инстанции, не согласившись с выводами суда первой инстанции, отменил решение суда, в обоснование указав, что в соответствии с требованиями действующего законодательства «Xylitol» как товарный знак не может быть охраняемым объектом интеллектуальной собственности, как так является одним из составляющих элементов продуктов, входящих в МКТУ товара 30 класса.

Судебная коллегия считает вывод суда соответствующим материалам дела и основанным на законе по следующим основаниям,

В соответствии с п, 2 ч. 1 ст. 4 Закона КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» не допускается регистрация в качестве товарных знаков обозначений, не обладающих различительной способностью или состоящих только из элементов являющихся общепринятыми терминами и символами в отношении к товарам, для которых предлагается использовать такие термины или символы в качестве знаков.

Согласно п. 2.6 Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденных постановлением Правительства КР № 685 от 27 октября 2011 года, к общепринятым терминам относятся лексические единицы, характерные для конкретных областей науки и техники.

Отказывая в удовлетворении возражения Вандаева A.M., Апелляционный совет в своем решении указал, что заявитель не представил специальные терминологические словари или энциклопедии, позволившие бы признать данный товарный знак термином, проведенный же Апелляционным советом поиск в толковых словарях Ожегова, Даля, Ушакова не выявил слово «ксилит», в связи с чем, пришел к выводу, что словесное обозначение «ксилитол (xylitol)» не является общепринятым термином в отношении товаров 30 класса МКТУ. В данной части судебная коллегия отмечает, что указанные словари являются толковыми словарями живого (разговорного) языка, и не относятся к техническим словарям.

Между тем, как усматривается из материалов дела, в Апелляционный совет заявителем представлена информация из базы данных физико-химических свойств и синтезов веществ: http://chemister.ru/Dafabase/search.php о xylitol; сведения из «Большой советской энциклопедии: М. «Советская энциклопедия», 1973 года, стр. 525 по термину «КСИЛИТ»; сведения из «Советского энциклопедического словаря»: М. «Советская энциклопедия», 1985 года, стр. 661 по термину «КСИЛИТ»; данные «Химической энциклопедии» том 2: М. «Советская энциклопедия», 1990 года, стр. 550 по термину «КСИЛИТ»; ГОСТ Р 53904-2010 «Добавки пищевые. Подсластители пищевых продуктов. Термины и определения», принятый на территории Кыргызской Республики.

В последнем техническом документе указывается, что под термином «ксилит» понимается подсластитель пищевого продукта, имеющий код пищевых добавок Е967 (индекс международной цифровой системы (INS)). Также в данном ГОСТе дается перевод слова «ксилит» на английский — «xylitol» и содержится указание, что «термины, установленные настоящим стандартом, рекомендуются для применения во всех видах документации и литературы по подсластителям пищевых продуктов, входящих в сферу работ по стандартизации и использующих результаты этих работ» (л.д. 24-30, 1-т.).

Исходя из вышеуказанного, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу, что «ксилит» является общепринятым термином в отношении продуктов питания, указывает на состав сырья, качество, свойство товара и на его назначение (сахарозаменитель, для специального питания), в связи с чем, в силу п. 2 ч. 1 ст. 4 приведенного Закона не может быть зарегистрирован в качестве товарного знака.

При этом, судебной коллегией не могут быть приняты во внимание доводы надзорной жалобы о том, что представленные Вандаевым A.M. сведения и информация, разъясняющие термин «ксилит», не были учтены Апелляционным советом в качестве доказательств, поскольку были представлены в копиях без надлежащего заверения, ввиду того, что источники представленной информации носят публичный характер и предназначены для широкого использования, в связи с чем, не требуют заверения в соответствии с требованиями ГПК КР.

В соответствии с п. 3 ч.1 ст. 4 Закона КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» не допускается регистрация в качестве товарных знаков обозначений, состоящих только из элементов, указывающих на вид, качество, количество, свойство, назначение, ценность товаров. Как указано выше, термин «ксилит» относится именно к этим категориям.

Согласно письма Государственного агентства антимонопольного регулирования при Правительстве Кыргызской Республики от 5 ноября 2014 года за исх. № 08/2579 регистрация товарного знака «Xylitol» создает монопольное положение отдельного хозяйствующего субъекта, а также ограничивает в использовании маркировки «xylitol» другими хозяйствующими субъектами, что является фактом ограничения конкуренции в данной сфере.

В соответствии со ст. 3 вышеуказанного Закона КР установлено, что владелец товарного знака имеет исключительное право пользоваться и распоряжаться товарным знаком. Никто не может использовать в Кыргызской Республике товарный знак без разрешений его владельца. Под нарушением права владельца товарного знака понимается несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение к продаже, продажа и иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении однородных товаров.

В соответствии со статьей 20 Закона КР, использованием товарного знака считается применение его на товарах, для которых товарный знак зарегистрирован, и (или) их упаковке владельцем товарного знака или лицом, которому такое право предоставлено на основе лицензионного договора.

С учетом приведенным норм, судебная коллегия соглашается с выводом суда апелляционной инстанции, что зарегистрировав товарный знак «Xylitobma имя «ОРИОН Корпорейшн» для товаров 30 класса МКТУ, Госслужба интеллектуальной собственности тем самым предоставила исключительное право на данное слово, фактически на все товары, содержащие сахарозаменитель ксилит.

В Законе КР «Технический регламент «О маркировке пищевых продуктов» (далее по тексту «Закон КР «Технический регламент»), а именно в приложении №1 «Маркировка по группам пищевых продуктов» в п. 7 (Хлебобулочные изделия) и п. 9 (Кондитерские изделия и жевательная резинка) установлено, что для хлебобулочных, кондитерских изделии и жевательной резинки информация о составе продукта является обязательной. А в случаях маркировки диабетических кондитерских изделий должна быть указана не только сама пищевая добавка, но и суточная норма потребления ксилита, сорбита и (или) других подсластителей — не более 30 г.

Согласно ч. 2 ст. 9 Закона КР «О защите прав потребителей», информация о товарах (работах, услугах) в обязательном порядке должна содержать, кроме всего прочего, сведения об основных потребительских свойствах товаров, а в отношении продуктов питания — сведения о составе (в том числе перечень использованных в процессе их изготовления иных продуктов питания и пищевых добавок).

В результате, производители пищевых продуктов, в частности хлебобулочных и кондитерских изделий, обязаны указывать на товаре, что в состав входит пищевая добавка — «ксилит (xylitol)», но в случае исполнения данных норм будет иметь место использование товарного знака, что повлечет соответствующую ответственность за нарушение прав на товарный знак в силу ст. 41 Закона КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»

Статьей 4 Закона КР «Технический регламент» установлено, что наименование пищевого продукта, указываемое в его маркировке, должно содержать достоверную информацию, характеризующую пищевой продукт и позволяющую потребителям отличить его от другого пищевого продукта.

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенное, судебная коллегия считает, что суд апелляционной инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что «Xylitol» как товарный знак не может быть охраняемым объектом интеллектуальной собственности, так как является одним из составляющих элементов продуктов, входящих в МКТУ товара 30 класса, в связи с чем, правомерно отменил решение Апелляционного совета при Госслужбе интеллектуальной собственности от 4 июня 2014 года.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что судами правильно установлено, что срок обжалования решения Апелляционного совета заявителем не пропущен, поскольку оспариваемое решение Вандаевым A.M. было получено 4 июля 2014 года. С заявлением в суд о признании незаконным данного ненормативного акта заявитель обратился 24 ноября 2014 года, то есть в установленный ч. 5 ст. 25 Закона КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» шестимесячный срок с даты его получения.

В постановлении Верховного суда КР от 16 мая 2016 года судебной коллегией надзорной инстанции было дано указание судам выяснить, какие права и охраняемые законом интересы заявителя были нарушены оспариваемым решением органа государственной власти. При новом рассмотрении дела Вандаев A.M. привел обоснованные факты своей заинтересованности в подаче настоящего заявления, поскольку является индивидуальным предпринимателем в области производства какао, шоколада и кондитерских изделий из сахара (код ГКЭД 10.82.0), что подтверждается регистрационными сведениями о налогоплательщике (том 2, л.д.7). Из чего следует, что заявитель может использовать в процессе производства в качестве сахарозаменителя сырье ксилит, а в силу Технического регламента обязан будет указать его в составе и в содержании, следовательно, возникает вопрос о нарушении им прав «ОРИОН Корпорейшн» и наступлении соответствующей ответственности.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к .выводу, что оснований  предусмотренных ст. 357 ГПК КР, для отмены решения судебной коллегии по административным и экономическим делам Бишкекского городского суда от 24 января 2017 года не имеется.

Руководствуясь статьями 348, 356, 359 Гражданского процессуального кодекса Кыргызской Республики, судебная коллегия

постановила:

1. Решение судебной коллегии по административным и экономическим делам Бишкекского городского суда от 24 января 2017 года оставить в силе.

2. Постановление вступает в законную силу немедленно после его принятия, является окончательным, обжалованию не подлежит.

Председательствующий А.Давлетов, Судьи: Н. Арапбаева, Д. Боронбаева

 


Смотрите также:

Правительство Кыргызской Республики утвердило новые ставки пошлин в области интеллектуальной собственности

Автор admin
Опубликовано: 10.10.2016
Категории: Новости
Комментарии: Комментариев нет

Kyrghyz-min3 октября 2016 года Правительство Кыргызской Республики пересмотрело размер пошлин за регистрацию объектов интеллектуальной собственности (товарных знаков, изобретений и др.). Поводом для этого послужили начавшиеся весной мероприятия по дедолларизации экономики. В частности все пошлины Кыргызпатента, которые ранее были указаны в Долларах США, станут выражены в сомовых расчетных показателях. Напомним, что на сегодняшний день один расчетный показатель равен 100 сомам.

Новые пошлины вступят в силу в течение 15 дней от даты опубликования соответствующих положений утвержденных Правительством, но не ранее 26 октября 2016 года.

В сравнении с прежними тарифами, выраженными в долларах США, стоимость регистрации, например, товарного знака подешевела в среднем на 20%, но встречается случаи и увеличения пошлины, так обращение в Апелляционный совет против регистрации товарного знака обойдется заявителю дороже на 18%.

Компания «SANOFI» vs. Кыргызпатента и компании «World Medicine Ltd.» о признании недействительным решения Апелляционного совета

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА

КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

г.Бишкек, от 1 марта 2016 года, Дело № АД-1966/14 мбс1, Надзорное производство № 6-95/16 АД

Судебная коллегия по административным и экономическим делам Верховного суда Кыргызской Республики в составе:

председательствующего: Боронбаевой Д.С.,

судей: Арапбаева Н.М., Осмоналиева К.Т., при секретаре судебного заседания: Абышове Б., с участием: представителя Государственной службы интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики — Байсылдаевой А.Ч. (доверенность от 01.03.2016 г.), представителей Компании «САНОФИ» — Балпановой О.С. и Шакировой С.К. (доверенность от 01.09.2014 г.), представителя Компании «Уорлд Медисин Лтд.» — Ким Ф.Б. (доверенность от 10.02.2016 г.),

рассмотрев в открытом судебном заседании надзорную жалобу Государственной службы интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики на решение межрайонного суда г.Бишкек от 21 ноября 2014 года, которым заявление Компании «САНОФИ» о признании недействительным решения Апелляционного совета при Государственной службе интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики об отказе в удовлетворении возражения против регистрации товарного знака и признании недействительной регистрации товарного знака удовлетворено. Признано недействительным решение Апелляционного совета при Государственной службе интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики от 31 января 2014 года об отказе в удовлетворении возражения Компании «САНОФИ» против регистрации на территории Кыргызской Республики товарного знака «САНОВИТ SUNOVIT» на имя Компании «Уорлд Медисин Лтд.» (свидетельство № 11729) в отношении товаров 05 класса Международной классификации товаров и услуг и регистрации на территории Кыргызской Республики товарного знака «САНОВИТ SUNOVIT» на имя Компании «Уорлд Медисин Лтд.» по свидетельству № 11729. Взысканы с Государственной службы интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики государственная пошлина в доход государства в сумме 1000 сомов и почтовые расходы в сумме 100 сомов (председательствующий судья: Есеналиева Г.Ш.),

на определение судебной коллегии по административным и экономическим делам Бишкекского городского суда от 2 марта 2015 года, которым решение межрайонного суда г.Бишкек от 21 ноября 2014 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба Компании «Уорлд Медисин Лтд.» без удовлетворения. Взыскана с Компании «Уорлд Медисин Лтд.» в республиканский бюджет государственная пошлина в размере 500 сомов по результатам рассмотрения апелляционной жалобы (председательствующий судья: Горшковская И.В., судьи: Алыбаев А.А., Рыбалкина А.Д. — докладчик),

установила:

Судебная коллегия по административным и экономическим делам Верховного суда Кыргызской Республики, изучив материалы дела, доводы надзорной жалобы, выслушав доклад судьи-докладчика и пояснения сторон, проверив правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, приходит к следующему.

Согласно материалам дела, предварительным решением Отдела экспертизы товарных знаков Управления экспертизы Кыргызпатента от 25 октября 2012 года было отказано в регистрации товарного знака «САНОВИТ SUNOVIT» (словесный) Компании «Уорлд Медисин Лтд.» для товаров 05 класса МКТУ, основанием которого послужило наличие регистрации (заявка № 20060680.3 от 26 декабря 2006 года) товарного знака «САНТОВИТ», для товаров 05 класса МКТУ, принадлежащего АО «Химфарм», Шымкент (KZ).

На указанное решение от Компании «Уорлд Медисин Лтд.» было подано возражение, которое было удовлетворено решением Отдела экспертизы товарных знаков Управления экспертизы Кыргызпатента от 14 января 2013 года и указанный товарный знак Компании «Уорлд Медисин Лтд.» был зарегистрирован в Государственном реестре товарных знаков Кыргызской Республики 28 февраля 2013 года.

Имея международные регистрации товарных знаков «sanofi» (словесный) № 674936 с 11 июня 1997 года и «SANOFI» (словесный) № 1094854 с 11 августа 2011 года для товаров 03 и 05 классов МКТУ, 30 сентября 2013 года Компания «САНОФИ» обратилась в Апелляционный совет с возражением о признании регистрации товарного знака «САНОВИТ SUNOVIT» на имя Компании «Уорлд Медисин Лтд.» (свидетельство № 11729) недействительной полностью и прекращении ее действия на территории Кыргызской Республики.

Решением Апелляционного совета от 31 января 2014 года возражение оставлено без удовлетворения, в связи с чем, Компания «САНОФИ» обратилась в суд с настоящим заявлением.

Суды первой и апелляционной инстанций в обоснование своих выводов об удовлетворении заявления, приняли его доводы, признав их обоснованными.

Судебная коллегия по административным и экономическим делам Верховного суда Кыргызской Республики считает выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, основанными на полном установлении обстоятельств по делу по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, Апелляционный совет в обоснование своего решения об отказе в удовлетворении возражения Компании «САНОФИ» указал, что буквенно-звуковой состав обозначений «САНОВИТ SUNOVIT» и SANOFI» различается существенно, в них отсутствуют фонетическое сходство и смешение, а также отсутствует введение потребителя в заблуждение относительно товара «САНОВИТ SUNOVIT» и его производителя, и пришел к выводу, что доводы возражения Компании «САНОФИ» не соответствуют требованиям пункта 1 части 3 статьи 4 и пункта 1 части 1 статьи 5 Закона Кыргызской Республики «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров».

В соответствии с пунктом 57 Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденных постановлением Правительства Кыргызской Республики от 27 октября 2011 года № 685, при определении сходства словесных обозначений, принимаются во внимание звуковой (фонетический), графический (визуальный) и смысловой (семантический) критерии.

Согласно подпункту 1 пункта 57 Правил, звуковое (фонетическое) сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение.

Товарный знак «САНОВИТ SUNOVIT» — состоит из 14 букв и 14 звуков, 8 согласных и 6 гласных звуков, из двух слов, исполненных на кириллице и латинице, которые читаются и произносятся одинаково как «САНОВИТ» и состоит из трех слогов «СА» — «НО» — «ВИТ» и ударение падает на последний слог. Сопоставленный товарный знак «SANOFI» состоит из 6 букв, 3 согласных и 3 гласных, состоит также из трех слогов «SA» — «NO» — «FI», при этом, для потребителя, не владеющего английским и французским языками, читается и произносится как «САНОФИ» и в этом случае, как правило, ударение также падает на последний слог.

Таким образом, судебная коллегия считает, что для потребителя сопоставленные обозначения по визуальному и фонетическому критериям могут восприниматься сходными до степени смешения.

Потребитель, не имеющий медицинского образования и не владеющий медицинской терминологией, не может различать сравниваемые обозначения по семантическому фактору и при выборе того или иного медицинского препарата, будет преобладать его визуальное и звуковое восприятие.

Кроме того, как следует из материалов дела, Апелляционным советом обжалуемое решение об отказе в удовлетворении возражения Компании «САНОФИ», принято с раздельным мнением его членов, трое из которых остались при особом мнении в поддержку возражения, а трое, в том числе председательствующий, проголосовали против его удовлетворения и судами первой и апелляционной инстанций верно отмечено, что при таких обстоятельствах доводы Апелляционного совета об отсутствии сходности обозначений до степени смешения являются спорными.

На основании изложенного, судебная коллегия также приходит к выводу о наличии сходства сравниваемых товарных знаков до степени смешения для «рядового потребителя» и необоснованности решения Апелляционного совета об отказе в удовлетворении возражения Компании «САНОФИ» против регистрации на территории Кыргызской Республики принадлежащего Компании «Уорлд Медисин Лтд.» товарного знака «САНОВИТ SUNOVIT» и считает решение межрайонного суда г.Бишкек от 21 ноября 2014 года, определение судебной коллегии по административным и экономическим делам Бишкекского городского суда от 2 марта 2015 года об удовлетворении заявления Компании «САНОФИ» о признании недействительным решения Апелляционного совета подлежащими оставлению в силе, а надзорную жалобу без удовлетворения.

Руководствуясь статьей 348, пунктом 1 статьи 356 и статьей 359 Гражданского процессуального кодекса Кыргызской Республики, судебная коллегия,

Постановила:

  1. Решение межрайонного суда г.Бишкек от 21 ноября 2014 года, определение судебной коллегии по административным и экономическим делам Бишкекского городского суда от 2 марта 2015 года оставить в силе, надзорную жалобу Государственной службы интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики — без удовлетворения.
  2. Постановление вступает в законную силу немедленно после его принятия, является окончательным, обжалованию не подлежит.

Председательствующий Д.Боронбаева. Судьи: Н.Арапбаев, К.Осмоналиев


Смотрите также:

Дело ООО «КРЦ «ЭФКО-Каскад» vs. Кыргызпатента и ОсОО «Олтрейд» о признании недействительным решения Апелляционного совета

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА

КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

г.Бишкек, от 6 июня 2016 года, Дело № АД-1097/15 мбс 2, Надзорное производство № 6-457/16 АД

Судебная коллегия по административным и экономическим делам Верховного суда Кыргызской Республики в составе:

председательствующего: Мухамеджанова А.Ж.,

судей: Джумашова К.О., Боронбаевой Д.С., при секретаре: Токтогазиеве Р., с участием: представителя ОсОО «Координирующий распределительный центр «ЭФКО-Каскад» — Вандаева А.М. (доверенность от 29 декабря 2015 года), представителя Государственной службы интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики — Асылбековой Н.А. (доверенность от 2 октября 2015 года),

рассмотрев в открытом судебном заседании надзорные жалобы ОсОО «Олтрейд» и Государственной службы интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики на решение Межрайонного суда г.Бишкек от 1 октября 2015 года, которые заявление ОсОО «Координирующий распределительный центр «Эфко-Каскад» удовлетворено. Признано недействительным решение Апелляционного совета при Государственной службе интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики от 30 января 2015 года об отказе в удовлетворении возражения ОсОО «Координирующий распределительный центр «ЭФКО-Каскад» (судья: Садырова Ч.И.),

и на определение судебной коллегии по административным и экономическим делам Бишкекского городского суда от 29 февраля 2016 года, которым решение Межрайонного суда г.Бишкек от 1 октября 2015 года оставлено без изменения, апелляционные жалобы ОсОО «Олтрейд» и Государственной службы интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики — без удовлетворения. Взыскана с ОсОО «Олтрейд» в республиканский бюджет государственная пошлина в размере 500 сом по результатам рассмотрения апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции (председательствующий: Рыбалкина А.Д., судей: Албанова Дж.К., Мулюкбаева Д.А. — докладчик),

установила:

Рассмотрев надзорную жалобу, изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, дав оценку в совокупности всем имеющимся в деле материалам, проверив правильность применения судами первой и второй инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия по административным и экономическим делам Верховного суда Кыргызской Республики приходит к выводу об оставлении в силе решения Межрайонного суда г.Бишкек от 1 октября 2015 года и определения судебной коллегии по административным и экономическим делам Бишкекского городского суда от 29 февраля 2016 года по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ОсОО «Координирующий распределительный центр «ЭФКО-Каскад» обратилось в суд с заявлением о признании недействительным решения Апелляционного совета при Государственной службе интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики от 30 января 2015 года.

Из материалов дела видно, что 28 мая 2008 года в Кыргызпатент поступила заявка гражданина Ярош И.Г. за № 20080373.3 на регистрацию в качестве товарного знака комбинированного обозначения «Слобода» для товаров и услуг 29 и 35 классов МКТУ.

1 июня 2009 года экспертизой Кыргызпатента было вынесено решение о регистрации комбинированного товарного знака «Слобода» в отношении товаров и услуг 29 и 35 классов МКТУ на имя Ярош И.Г. (свидетельство № 9588).

15 июля 2014 года в Кыргызпатент на регистрацию поступил договор о передаче исключительных прав на товарный знак «Слобода» (свидетельство № 9588), заключенный между Ярош И.Г. и ОсОО «Олтрейд», который зарегистрирован 12 августа 2014 года.

13 ноября 2014 года в Апелляционный совет при Кыргызпатенте поступило возражение от ОсОО «Координирующий распределительный центр «ЭФКО-Каскад» против регистрации товарного знака «Слобода» на имя Ярош И.Г.

Решением Апелляционного совета от 30 января 2015 года в удовлетворении возражения ОсОО «ЭФКО-Каскад» было отказано, что и послужило основанием для обращения заявителя в суд.

В обосновании отказа в удовлетворении возражения Апелляционный совет указал, что проверка факта государственной регистрации заявителя в качестве индивидуального предпринимателя при экспертизе заявки на товарный знак на стадии его регистрации Государственной службой интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики не осуществляется и ответственность за соблюдение заявителем второй части статьи Закона «О товарных знаках» лежит на заявителе.

При этом суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что правом на подачу заявки и регистрацию товарного знака обладают в силу ч.2 ст.3 и ч.1 ст.6 Закона «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» только юридические лица, а также физическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность.

Судебная коллегия считает правильными указанные выводы судов первой и апелляционной инстанций, так как они соответствуют материалам дела и требованиям закона.

В соответствии с ч.2 ст.3 и ч.1 ст.6 Закона Кыргызской Республики «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименования мест происхождения товаров», товарный знак может быть зарегистрирован на имя юридического лица, а также физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность. Заявка на регистрацию товарного знака подается юридическим или физическим лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность.

Из вышеуказанного следует, что правом на подачу заявки и регистрацию товарного знака обладают только юридическое лицо, а также физическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность.

Так, в соответствии со ст.58. Гражданского кодекса Кыргызской Республики гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

Согласно п. 1.2. 1.3 Положения о порядке государственной регистрации граждан, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица в качестве индивидуального предпринимателя на территории Кыргызской Республики, утвержденного постановлением Правительства Кыргызской Республики от 2 июля 1998 года № 404, государственная регистрация индивидуальных предпринимателей носит заявительный характер и заключается в постановке их на учет в качестве хозяйствующего субъекта, выдаче им свидетельства о государственной регистрации с присвоением общереспубликанского идентификационного кода и их включением в Единый государственный регистр статистических единиц. Государственная регистрация индивидуальных предпринимателей осуществляется в целях удостоверения фактов учета создания и прекращения их деятельности. Индивидуальные предприниматели могут осуществлять свою деятельность после государственной регистрации в территориальных органах государственной статистики по месту их жительства. Индивидуальные предприниматели могут осуществлять свою деятельность без регистрации в территориальных органах государственной статистики при наличии патента, в случаях, предусмотренных законодательством Кыргызской Республики.

Материалами же дела установлено, что Ярош И.Г. не занимался предпринимательской деятельностью с 21 мая 2007 года, что подтверждается письмом Государственной налоговой службы при Правительстве Кыргызской Республики от 24 октября 2014 года за № 14-2-8/1540/10097 о ликвидации ИП Ярош И.Г., письмом Аламудунского районного отдела Госстатистики от 20 октября 2014 года за № 1877 и справкой Аламудунского районного управления Социального фонда Кыргызской Республики от 1 декабря 2014 года (т.1 л.д.30-32).

Кроме того, согласно п. 1.1. 3.1 Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденных постановлением коллегии Кыргызпатента от 27 марта 2003 года № 4, правом на подачу заявки и регистрацию товарного знака в соответствии с частью 2 статьи 3 и частью 1 статьи 6 Закона обладает юридическое лицо, а также физическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, т.е. то лицо, которое производит товары, оказывает услуги или занимается посреднической или иной деятельностью в соответствии с законодательством Кыргызской Республики. Заявка представляется по форме, приведенной в приложении 1 к настоящим Правилам. В графе под кодом 71 приводятся сведения о заявителе: полное официальное наименование юридического лица (согласно учредительному документу) или фамилия, имя (и отчество, если оно имеется) физического лица, причем фамилия указывается перед именем. Для юридического и физического лица Кыргызской Республики, испрашивающего регистрацию товарного знака, указывается код ОКПО.

При таких обстоятельствах дела, судебная коллегия согласна с выводами судов первой и апелляционной инстанций о том, что первоначальная регистрация товарного знака за Ярош И.Г. была произведена Государственной службой интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики в нарушение действующего законодательства Кыргызской Республики, так как заявка Ярош И.Г. не содержала указанного кода ОКПО, свидетельствующего о его регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

Кроме того судебная коллегия считает, что суды первой и апелляционной инстанций верно пришли к выводу, что в силу ст.25 Закона «О товарных знаках», регистрация товарного знака может быть признана недействительной полностью в течение всего срока ее действия, если она была произведена в нарушение требований, установленных частью второй статьи 3 настоящего Закона.

В соответствии с п.1 ст.356 Гражданского процессуального кодекса Кыргызской Республики судебная коллегия Верховного суда Кыргызской Республики, рассмотрев дело в порядке надзора, вправе оставить судебный акт суда первой, апелляционной или кассационной инстанции в силе, а жалобу или представление — без удовлетворения.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия по административным и экономическим делам Верховного суда Кыргызской Республики считает решение Межрайонного суда г.Бишкек от 1 октября 2015 года и постановление судебной коллегии по административным и экономическим делам Бишкекского городского суда от 19 февраля 2015 года законными и обоснованными и не находит оснований для их отмены, в связи чем, указанные судебные акты подлежат оставлению в силе, а надзорные жалобы Государственной службы интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики и ОсОО «Олтрейд» — без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 348, 356, 359 Гражданского процессуального кодекса Кыргызской Республики, судебная коллегия по административным и экономическим делам Верховного суда Кыргызской Республики,

Постановила:

1. Решение Межрайонного суда г.Бишкек от 1 октября 2015 года, определение судебной коллегии по административным и экономическим делам Бишкекского городского суда от 29 февраля 2016 года оставить в силе, надзорные жалобы ОсОО «Олтрейд» и Государственной службы интеллектуальной собственности и инноваций при Правительстве Кыргызской Республики оставить без удовлетворения.

2. Постановление вступает в законную силу немедленно после его принятия, является окончательным, обжалованию не подлежит.

Председательствующий А.Мухамеджанов, Судьи: К.Джумашов, Д.Боронбаева


Смотрите также:

Happy2

Автор admin
Опубликовано: 16.07.2016
Категории: ТРОИС
Тэги: Тэгов нет
Комментарии: Комментариев нет

Happy Регистрационный номер в ТРОИС
00005/ТЗ — 260510
Срок внесения ОИС в реестр
17.02.2017 Читать о данном ОИС подробнее

Физическое лицо — как владелец товарного знака и связанные с этим риски

  Ввиду частой регистрации товарных знаков на имя индивидуальных предпринимателей и появившихся судебных споров с данными лицами, предлагается рассмотреть в данном обзоре правовые аспекты пользования и распоряжения товарным знаком одним из субъектов права — физическим лицом и в частности возможные негативные последствия для правообладателя. Алексей Вандаев
  • Алексей Вандаев
Image of

 

Закон Кыргызской Республики  «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» (далее – «Закон о Товарных знаках») говорит о том, что «товарный знак может быть зарегистрирован на имя юридического лица, а также физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность».

В случае с правообладателем юридическим лицом все предельно ясно. Но что касается определения «физического лица», то в данном случае — то ли не читают норму до конца,  то ли просто удобно понимать именно так — физическое лицо и точка.  Дело в том,  что в Законе о Товарных знаках есть прямое указание на то, что лицо должно быть не просто физическим, но и осуществлять при этом предпринимательскую деятельность. А как показывает практика, последняя часть нормы не всегда учитывается. Для общего понимания того, что же все-таки представляет собой предпринимательская деятельность, может ответить формулировка из закона: «предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на получение прибыли лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке» [1].

Физическое лицо — как индивидуальный предприниматель

С юридической точки зрения любое физическое лицо имеет право осуществлять предпринимательскую деятельность, выступая в качестве индивидуального предпринимателя. Кстати говоря, в обиходе зачастую используется термин «Частный предприниматель» или «ЧеПэшник», что юридически некорректно, поскольку в законодательстве четко закреплен термин «индивидуального предпринимателя» и дается определение этому статусу.

Индивидуальный предприниматель, осуществляя предпринимательскую деятельность, как правило, действует (i) на основании свидетельства о государственной регистрации и/или (ii) добровольного и/или обязательного патента. При этом под патентом, в данном контексте, следует понимать вид документа, выдаваемого органом налоговой службы и удостоверяющим право налогоплательщика осуществлять определенный вид предпринимательской деятельности и уплату по ней налогов [2]. Патент выдается органом налоговой службы по месту жительства или месту ведения предпринимательской деятельности на максимально допустимый срок 180 дней [3], а после истечения его действия может быть продлен на новый срок. Индивидуальный предприниматель, действующий на основании свидетельства, практически не органичен в своей деятельности и может заниматься любым видом экономической деятельности за исключением тех, к которым закон предъявляет специальные требования как к субъекту и его правовой форме. В случаях ведения деятельности по патенту нужно помнить, что они выдаются на ограниченный список видов деятельности – около 130 наименований услуг согласно Государственному Классификатору Видов Экономической Деятельности и производство около 10 родов (видов) товаров.

Существующие риски при регистрации товарного знака на физическое лицо

Практикуя более 10 лет в качестве патентного поверенного Кыргызской Республики, часто сталкиваемся с такими примерами, когда учредители компаний, регистрируя какой-либо товарный знак на свое имя, не являются при этом предпринимателями, то есть не зарегистрированы в этом качестве. Дело в том, что при подаче заявки на регистрацию товарного знака Патентное ведомство (далее – «Кыргызпатент») не требует от заявителей — физических лиц, предоставления доказательства (документа) на ведение коммерческой деятельности. Законодательством предусмотрено требование для национальных заявителей указывать в заявке на товарный знак общий идентификационный код предприятий, организаций и индивидуальных предпринимателей, другими словами код ОКПО[4]. По данным Кыргызпатента такое требование зачастую игнорируется заявителями, да и как показывает практика самим Кыргызпатентом. Так в период с 2013 по сегодняшний день было зарегистрировано более 120 товарных знаков на имя физических лиц без указания этой информации в заявке. Соответственно, отсутствие у заявителя кода ОКПО может служить подтверждением того, что заявка подана ненадлежащим субъектом права (участником оборота). В таком случае регистрации товарного знака может быть признана недействительной в течение всего срока ее действия, поскольку была произведена на имя физического лица, не занимающегося предпринимательской деятельностью[5]. И эту «порочную» регистрацию уже не исправит в последующем приобретенный правообладателем статус коммерсанта или уступка знака юридическому лицу[6].

Прекращение предпринимательской деятельности и не уступка, как риск, ведущий к потере товарного знака

Регистрация товарного знака на имя физического лица, действующего по налоговому патенту, может быть прекращена досрочно по основанию прекращения предпринимательской деятельности[7]. Прекращением ведения законной предпринимательской деятельности может, считается не продление срока действия патента после его истечения и приостановление деятельности более чем на один месяц, без приобретения нового патента или получения свидетельства. Поэтому любое лицо может обратиться в Кыргызпатент с требованием прекратить действие регистрации товарного знака и он может быть потерян, но не безвозвратно. В течение первого года после отмены регистрации товарного знака третьим лицам подавшим заявки на данное обозначение будут отказано в регистрации, когда правообладатель сможет повторно обратиться на регистрацию принадлежащего ему ранее товарного знака.

Вкратце, рассмотрим ситуацию, вполне распространенную и обыденную. Некий предприниматель, еще на заре своей предпринимательской деятельности, работая по налоговому патенту, регистрирует товарный знак на свое имя. Спустя годы, предприниматель становится учредителем Общества с ограниченной ответственностью и использует в своей деятельности вышеупомянутый товарный знак. Но, по каким-то причинам, может быть по забывчивости, предприниматель — учредитель не передает и/или не уступает товарный знак ни в собственность, ни в качестве вклада в уставный капитал вновь учрежденного Общества, ни предоставляет лицензию. В ходе своей деятельности учредитель и его команда уверены, что с точки зрения защиты интеллектуальной собственности их продукция, маркированная вроде бы охраняемым товарным знаком, защищена. Но это до тех пор, пока выпускаемая продукция не заинтересует конкурентов, которые, предпримут любые попытки прекратить регистрацию товарного знака по причине его неиспользования в течение 3-х лет.

Не получение согласия супруга при распоряжении товарным знаком, как риск признания сделки недействительной

Законодательством Кыргызской Республики до сих пор не урегулирован вопрос отнесения результатов интеллектуальной деятельности к совместной собственности супругов. Мнения специалистов в этой области разняться, поэтому нельзя исключать риск признания сделки по уступке / приобретению прав на товарный знак недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга. Так к общему имуществу супругов, относятся доходы от результатов интеллектуальной деятельности, а также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства[8]. Права на товарный знак могут приобретаться за счет общих средств супругов и данная сделка требует государственной регистрации, поэтому полагаем, что потребуется получение нотариально удостоверенного согласия другого супруга на подобную сделку. Однако требования о предоставлении такого согласия вместе с договором об уступке товарного знака в специальных нормативных актах[9] не установлено, при этом Семейный кодекс КР будет превалировать над данными актами. Поэтому сохраняется определенный риск при участии в сделке по распоряжению товарным знаком состоящего в браке индивидуального предпринимателя.

© Алексей Вандаев, 2016

Патентный поверенный Кыргызской Республики


[1] п.4, ст.1, глава1,Гражданского Кодекса Кыргызской Республики;

[2] ч.2 ст. 345 Налогового кодекса Кыргызской Республики;

[3] п. 4 Порядок выдачи патентов в налоговых органах (утвержден постановлением Правительства КР от 24.11.2009 года № 713);

[4] п. 3 ст. 25 Закона Кыргызской Республики «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»;

[5] Постановление Верховного суда КР по административному делу № Н/п6-457/16 АД о признании незаконным регистрации товарного знака «Слобода» от 6 июня 2016 года;

[6] п. 3 ст. 25 Закона КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»;

[7] п. 4 ст. 26 Закона КР «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»;

[8] п. 2 ст. 35 Семейного кодекса КР;

[9] Правила регистрации договора об уступке охранного документа на объект промышленной собственности, селекционное достижение, лицензионного договора о предоставлении права на их использование, договора на использование традиционных знаний, договора о залоге исключительного права на объект промышленной собственности и договора о передаче технологии (утверждены постановлением Временного Правительства КР от 9 июля 2010 года № 118).


Смотрите также:

страница 1 из 11 »
Здравствуйте , сегодня Воскресенье, 27.11.2022